Фиванец Пелопид шел на войну, и жена просила его поберечь себя. "Это надо говорить другим, - сказал Пелопид, - а полководец должен беречь своих сограждан".

Увидев в Академии Ксенократа, уже пожилого человека, обсуждавшего философские вопросы со своими знакомыми, Евдамид, сын Архидама и брат Агида, поинтересовался, кто этот старец. Ему сказали, что это один из тех мудрецов, что заняты поисками добродетели. "Когда же, - спросил Евдамид, - он воспользуется ею, если теперь он ее только ищет".

Никакое наслаждение само по себе не есть зло; но средства достижения иных наслаждений доставляют куда больше хлопот, чем наслаждений.

Кто праведен, в том меньше всего тревоги, кто неправеден, тот полон самой великой тревоги.

Нельзя получить от бесконечной жизни больше наслаждения, чем от того времени, которое мы представляем конечным.

Нечестив не тот, кто отвергает богов толпы, а тот, кто принимает мнения толпы о богах.

Ничего нет страшного в жизни тому, кто по-настоящему понял, что нет ничего страшного в не-жизни.

Дело умных - предвидеть беду, пока она не пришла, дело храбрых - управляться с бедой, когда она пришла.

На вопрос, что лучше всего, он ответил: "Хорошо делать, что делаешь".

На вопрос Креза, какая власть сильней, [Питтак ответил:] "Та, что резана на дереве", то есть законы.

Митиленяне дали ему [Питтаку] надел земли. Он отделил себе от нее лишь малую часть и сказал: "Половина - больше целого!"

Кто совершит проступок во хмелю, с того взыскание вдвое против трезвого.

На вопрос, почему из других школ к эпикурейцам ученики перебегают, а от эпикурейцев к другим никогда, он [Аркесилай] ответил: "Потому что из мужчины можно стать евнухом, а из евнуха мужчиной нельзя".

Ничто не существует; (...) если и существует, то оно не познаваемо (...); если оно и познаваемо, то (...) непередаваемо.

Трагедия - это обман, где обманщик справедливее честного, а обманутый мудрее необманутого.

Следует серьезность противника отражать шуткой, а шутку - серьезностью.

Кто посеет позор, пожнет несчастье.

Искусство убеждать людей много выше всех искусств, так как оно делает всех своими рабами по доброй воле, а не по принуждению.

Благожелательно выслушав [афинских] послов, Филипп [Македонский] обратился к ним с такими словами: "Скажите мне, что я мог бы сделать для афинян приятного". - "Повеситься", - тотчас ответил ему Демохар.

Зоил из Амфиполя (...) писал против Гомера, против Платона и против других (...). Один ученый спросил его: почему он про всех говорит дурное? А он: "Потому что я хотел бы сделать им дурное, да не могу".

Нельзя просить у богов победы в кавалерийском сражении тем, кто не умеет ездить верхом.

Предводитель должен отличаться от подчиненных не роскошным образом жизни, а трудолюбием и умением предвидеть события.

Трудно прокормить одного бездеятельного человека, еще труднее прокормить целое семейство, но труднее всего содержать войско, проводящее время в праздности.

Тот, кто намерен добиться победы [на войне], должен стать коварным, скрытным, хитрым, лукавым, вором и грабителем.

Воины, предавшиеся грабежу, сами становятся добычей.

Каждый, кого коснется Эрот, становится поэтом.

Ведь только одного и богу не дано:
Не бывшим сделать то, что было сделано.

Вероятно и то, что много происходит невероятного.

Агафон охотно и обильно пользовался антитезами. Когда кто-то, словно для того, чтобы исправить его драмы, хотел повычеркивать из них антитезы, он сказал: "Любезнейший, (...) ты (...) вычеркиваешь Агафона из Агафона".

Даже боги не могут изменить прошлое.