Никто не может ничему научиться у человека, который не нравится.

В молитвах он [Сократ] просто просил богов даровать добро, ибо боги лучше всех знают, в чем состоит добро.

Сократ советовал избегать таких кушаний, которые соблазняют человека есть, не чувствуя голода. (...) Он шутил, что и Кирка [Цирцея], должно быть, превращала людей в свиней, угощая их такими кушаниями в изобилии; а Одиссей (...) держался от чрезмерного их употребления и оттого не превратился в свинью.

Невыгодно считаться богaтым, храбрым и сильным, не будучи таковым: к ним предъявляют требования, (...) превышающие их силы.

Тех, кто желает и сам иметь много хлопот и другим доставлять их, я (...) поставил бы в разряд годных к власти.

На свете все когда-то было в первый раз.

Не восхваляй его, пока он жив!

Софокл говорил, что сочиняет людей такими, как они должны быть, а Еврипид - как они есть.

Софокл, уже под бременем лет, когда его спросили, предается ли он любовным утехам, (...) ответил: "Да хранят меня боги от этого! Я с радостью бежал от них, как от грубого и бешеного хозяина".

Как страшен может быть разум, если он не служит человеку.

Пресыщение рождает наглость, когда человеку дурному выпадает на долю счастье и когда человек этот не обладает здравым умом.

Обдумывай по дважды и по трижды то, что приходит тебе на ум.

Различным образом испытывай нрав друзей, особенно же смотри, каков кто во гневе.

Не сообразно жене молодой принадлежать мужу старому, ибо подобно челноку, привязанному к кораблю, она не может сообразоваться с движениями кормы и не имеет под собою якоря, но, оторвав веревки, часто по ночам находит другую пристань.

Мне ненавистны жена-непоседа и муж ненасытный,
Любящий плугом своим ненасытным пашню чужую пахать.

Любящему часто и некрасивое кажется красивым.

Льстец, покупая вместе с кем-либо сапоги, забегает вперед со словами: "Твоя нога гораздо изящнее этой обуви".

Человек неотесанный - тот, кто поет в бане.

На вопрос: "Сколько покойников, по-твоему, вынесено за Могильные Ворота?", он отвечает: "Нам бы с тобой столько покойников".

Случись ему найти на дороге кошелек, он говорит: "А вот клада-то я никогда еще не находил!"

Злословие - это для него и свобода слова, и демократия, и независимость.

К занятиям, потребовавшим затрат, мы более внимательны, чем к тому, что дается даром.

Раз уж богам все известно, явившийся в храм должен по совести возносить одну-единственную молитву: "Боги, воздайте мне по заслугам".

Все стирается временем, но само время пребывает благодаря памяти нестареющим и неуничтожимым.

Уважай многих, а доверяй немногим.

О Зевс, дай мне начальство над мудрецами, а мудрецам - надо мною!

Людей (...) больше раздражает несправедливость, якобы им причиненная, нежели самое жестокое насилие: в этом они усматривают пренебрежение со стороны равных себе, в другом - необходимость подчиняться насилию более могущественного.

Начиная войну, люди сразу же приступают к действиям, с которыми следовало бы повременить, и уж после неудач обращаются к рассуждениям.

Успех в войне зависит не от оружия, а от денежных средств, при которых оружие только и приносит пользу.

Не следует строить расчеты на ожидаемых ошибках противника.

Никто (...) не бывает равно предусмотрительным, задумывая план и приводя его в исполнение. В рассуждениях мы тверды, а в действиях уступаем страху.

Кто раскрывает таинства непосвященным, тот кощунствует. Но первосвященник именно раскрывает таинства непосвященным. Стало быть, первосвященник кощунствует.

Душа дана [свинье] вместо соли, чтобы мясо ее не испортилось.

Кто-то попрекал его [Хрисиппа], что он не ходит слушать Аристона [Хиосского], как все. "Если бы я делал все, как все, я не был бы философом", - ответил Хрисипп.

Хрисипп подкреплял себя множеством выписок: так, в одном сочинении он переписал почти целиком "Медею" Еврипида, и недаром какой-то его читатель на вопрос, что у него за книга, ответил: "Медея" Хрисиппа!

Когда ты при царском дворе, то все, что ты слышишь, пусть в тебе и умрет, чтобы тебе самому не пришлось безвременно умереть.

С женою будь хорош, чтобы не захотелось ей испытать и другого мужчину.

Если кому-нибудь везет, не завидуй ему, а порадуйся с ним вместе, и его удача будет твоей.

Лучше научиться поздно, чем никогда.

В супружеской жизни жена - твой противник, который всегда при оружии и все время измышляет, как бы тебя подчинить.

Никакое наслаждение само по себе не есть зло; но средства достижения иных наслаждений доставляют куда больше хлопот, чем наслаждений.

Кто праведен, в том меньше всего тревоги, кто неправеден, тот полон самой великой тревоги.

Нельзя получить от бесконечной жизни больше наслаждения, чем от того времени, которое мы представляем конечным.

Нечестив не тот, кто отвергает богов толпы, а тот, кто принимает мнения толпы о богах.

Ничего нет страшного в жизни тому, кто по-настоящему понял, что нет ничего страшного в не-жизни.