Кто-то говорил, что высшее благо иметь все, чего желаешь; он [Менедем] возразил: "Нет, гораздо выше - желать того, что тебе и взаправду нужно".

Желающего судьба ведет, не желающего - влачит.

Перипатетики [ученики Аристотеля] похожи на лиры: звучат прекрасно, а сами себя слушать не умеют.

Всякая наука есть указательница пути и учредительница порядка.

Влюбленные часто обманывают и обещают невозможное.

Добродетель и для мужчины, и для женщины одна.

Удовольствие - благо, но только когда оно не вызывает раскаяния.

Чтобы быть счастливым, достаточно быть добродетельным.

Сходиться нужно с теми женщинами, которые сами за это будут благодарны.

Кто, наставляемый на пути любви, будет в правильном порядке созерцать прекрасное, тот, достигнув конца этого пути, вдруг увидит нечто удивительно прекрасное по природе(...)

Покажи мне свою немногословность, а многословие покажешь в другой раз.

Поступать несправедливо хуже, чем терпеть несправедливость.

Я слышал от одного мудрого человека, что теперь мы мертвы и что тело - наша могила.

Единоличных правителей власть толкает (...) на самые тяжкие и нечестивые проступки. (...) Худшие преступники выходят из числа сильных и могущественных.

Тот человек близок к сумасшествию, кто не желает придерживаться речи, принятой подобно монете, но [предпочитает] создавать свою собственную.

Подобно тому как литературный [речевой] обиход подвергается осмеянию у обывателей, так же и обывательский - у литературно образованных людей.

Мы не нуждаемся в грамматике, для того чтобы чисто говорить по-гречески.

Полезного для жизни больше открываю! прозаические писатели, чем поэты. Ведь первые стремятся к истине, в то время как вторые изо всех сил стремятся привлечь души, а души привлекает больше ложь, чем истина.

Хочешь, чтобы тебя любили, - люби.

Мы не знаем, знаем ли мы что-нибудь или ничего не знаем.

Больше хороших людей благодаря воспитанию, чем от природы.

Детей надо учить тому, что пригодится им, когда они вырастут.

Я везде чужеземец.

Ни в коем случае я не ставлю себя в число тех, которые хотят властвовать. Трудное дело - добывать для себя самого что нужно; но лишь совершенный безумец (...) может, не довольствуясь этим, налагать на себя еще новое бремя - доставлять всем гражданам что им нужно.

На вопрос, чем философы превосходят остальных людей, он [Аристипп] ответил: "Если все законы уничтожатся, мы одни будем жить по-прежнему".

На вопрос Дионисия, почему философы ходят к дверям богачей, а не богачи - к дверям философов, он [Аристипп] ответил: "Потому что одни знают, что им нужно, а другие не знают".

Ничто не существует; (...) если и существует, то оно не познаваемо (...); если оно и познаваемо, то (...) непередаваемо.

Трагедия - это обман, где обманщик справедливее честного, а обманутый мудрее необманутого.

Следует серьезность противника отражать шуткой, а шутку - серьезностью.

Кто посеет позор, пожнет несчастье.

Искусство убеждать людей много выше всех искусств, так как оно делает всех своими рабами по доброй воле, а не по принуждению.