Знаменитые любовные истории

император Всероссийский с 11 (24) марта 1801 по 19 ноября (1 декабря) 1825, старший сын императора Павла I и Марии Фёдоровны.

Семья

В 1793 году Александр женился на Луизе Марии Августе Баденской (принявшей в православии имя Елизавета Алексеевна) (1779—1826), дочери Карла Людвига Баденского. Обе их дочери умерли в раннем детстве:

Мария (1799—1800);

Елизавета (1806—1808).

 

В течение 15 лет Александр имел практически вторую семью с Марией Нарышкиной (в девичестве Четвертинской). Она родила ему двух дочерей и сына и настаивала, чтобы Александр расторг свой брак с Елизаветой Алексеевной и женился на ней. Также исследователи отмечают, что Александра с юности связывали тесные и весьма личные отношения с его сестрой Екатериной Павловной.

Любвеобильный монарх

...В ночь с 11 на 12 марта 1801 года заговорщиками был убит император Павел. Сыновья Павла были в эту ночь настолько растеряны, что петербургскому генерал-губернатору графу Палену пришлось взять старшего, Александра, за плечи и сказать ему: "Государь, довольно быть ребенком, ступайте царствовать". Новому царю не было еще и 24 лет. Это был молодой человек, роста выше среднего, немного сутулый, рыжеватый блондин с улыбкой на прекрасно очерченных устах и с печальными глазами. Внуком Екатерины II восхищались даже мужчины, а женщины готовы были обожать венценосного красавца. Семейная жизнь будущего венценосца почти сразу сложилась несчастливо. Екатерина, когда минуло ему шестнадцать лет, женила господина Александра на 14-летней баденской принцессе Луизе-Марии-Августе, при принятии православия нареченной Елизаветой. Он был красавец, она - очаровательной, нежной, хрупкой, и было в ее облике, внешнем и внутреннем, сокровенном, нечто воздушное, неуловимое. "Вот Амур и Психея!" - воскликнула Екатерина, любуясь этими мальчиком и девочкой, которые, думала она, идеально должны были подходить друг к другу...

Случилось, однако, так, что они вовсе друг другу не подошли. "Психее", юной великой княгине, с лицом испуганной птицы, задумчивой и страстной, нужна была любовь, нужны были нежность и излияния близкого сердца. Муж либо вел себя как мальчишка, либо не обращал на нее внимания, возвращаясь из Гатчины, где с отцом муштровал солдат, усталый настолько, что едва стоял на ногах, и, выспавшись, снова спешил в кордегардию. Она хотела счастья и решила его искать. Об увлечениях Елизаветы Алексеевны известно много, но в точности так и не выяснено, любила ли она кого-нибудь по-настоящему до того, как встретила Александра Охотникова. За ней ухаживал экс-фаворит Екатерины II Платон Зубов, затем в жену царя влюбился его лучший друг, князь Адам Чарторыйский. Любовь Елизаветы к молодому офицеру Алексею Охотникову - факт неоспоримый. Но идиллия оборвалась трагически. Охотников при таинственных обстоятельствах был убит.

С юных лет Александр Павлович искал в женщинах забвения, отдыха от сомнений и противоречий, томивших его душу.

Мария Антоновна Нарышкина, урожденная княжна Святополк-Четвертинская, была его самой большой страстью. Мария Антоновна Нарышкина была от рождения полькой. Еще очень молодой девицей ее выдали замуж за любимца Александра I, за Дмитрия Нарышкина. Как только государь увидел ее в первый раз, он без памяти влюбился и быстро добился взаимности у Нарышкиной. Говорят, что в один прекрасный день, когда император был в отличном расположении духа, он назначил Нарышкина обер-егермейстером со словами, обращенными к супруге обманутого мужа: "Так как я ему поставил рога, то пусть же он теперь заведует оленями". Результатом этой связи были трое детей, из которых царь безумно любил дочь Софью. Дети все назывались Нарышкиными, несмотря на то, что муж Марии Антоновны отлично знал, что не он их отец. Современники свидетельствуют, что Мария Антоновна была действительно ослепительной красавицей. Она не была ни особенно умна, ни даже по-женски особенно тонко восприимчива. Порой, без умысла, она ему причиняла жгучие страдания. Но для Александра Павловича, когда держал он ее в своих объятиях, она была как бы самой природой, самой жизнью - ясной, милостивой, неожиданно открывшейся ему. Мария Антоновна была подругой желанной, незаменимой... Роман этот начался, когда Александр был еще наследником. После трагедии 11 марта Александра вновь охватило желание бежать от мира, от власти, от ответственности - в Америку, но уже не с Елизаветой, а с Марией Антоновной. Он одумался: Елизавета, горестная "Психея", в поисках счастья сердцем отходила от него все дальше, но связывала их дружба, тоже мучительная, полная внутренних препятствий, как и все их отношения. Не бежал он тогда, не порвал с Елизаветой, и осталась при нем Мария Антоновна, как убежище от тревог. Но на его душевное состояние эта связь не всегда оказывала благотворное воздействие, ибо, подарив ему радость бурной, всепоглощающей страсти, Мария Антоновна измучила его затем своими бесчисленными любовными приключениями. Ревность Александра Павловича доходила до того, что он не в силах был таить свое горе от посторонних и, теряя уже всякое самообладание, жаловался на свою любовницу даже... наполеоновскому послу. Впрочем, сам он изменял ей не меньше. Жизнь Александра Павловича была поистине многогранная, и можно утверждать, что женщины сыграли в его душевной драме такую же роль, как борьба с Наполеоном или стремление преобразить отечество. Он - освободитель Европы, он - первый среди монархов, нет никого в мире, кто был бы могущественнее его. Александр Павлович любил красоваться, но обычно он был чужд помпы, ведь и сама его прославленная элегантность как раз тем была безупречна, что никогда не бросалась в глаза. Голос царя звучал на конгрессе в Вене более властно, чем голос других монархов. Балы, которые он давал, приемы, торжественные церемонии, им устраиваемые, были пышнее австрийских. Затмить всех - таково было стремление достойного внука Екатерины. В Вене он решил затмить всех и... в любви. Скорее всего, венские его похождения - следствие того, что большая политика к тому времени принесла ему уже немало разочарования. Размах же и в них проявил он истинно екатерининский. Он стал ухаживать за графиней Юлией Зичи, той, которую все признавали красавицей ослепительной. Но уже через несколько дней взоры Александра обращены на другую: на княгиню Багратион, вдову бородинского героя, в Вене прозванную "русской Андромедой". Вскоре его внимание перекинулось на графиню Эстергази. На одном из балов царь начал ухаживать за графиней Сеченьи.. Не гнушался он и дам более скромного происхождения. Госпожи Шварц и Шмидт, жены петербургских немцев, прибыли в Вену. Обе - его бывшие любовницы, и обе в Вене возобновили связь с царем, чем вызывали всеобщее негодование. Отметим, что Мария Антоновна тоже была в Вене во время конгресса и связи с нею Александр Павлович вовсе не порывал. В Вене была и жена, царица Елизавета. Царицу жалели, и венский свет весьма неодобрительно отнесся к тому, что Александр Павлович заставил ее пойти на бал к княгине Багратион. Впрочем, хоть Елизавета и имела право почитать себя жертвой крайне легкомысленного супруга, она все же не была лишена некоторого утешения, ибо в Вене вновь встретила князя Адама Чарторыйского, и прежняя идиллия на миг между ними возобновилась. Итак, Александр Павлович проводил время в Вене как будто бы весьма беспечно. Было бы, однако, совершенно ошибочным полагать, что любовные развлечения, хоть в малой мере, мешали ему исполнять свои обязанности. Русскую делегацию на конгрессе он фактически возглавлял: ведал внешней политикой России, импонируя своей настойчивостью и знанием дела всем прочим монархам, предпочитавшим уклоняться от прямого участия в дипломатических распрях.

Александр обожал женщин. Но, когда этого требовали какие-то высшие соображения, он умел не поддаваться даже самым обольстительным любовным чарам. Страсть, которую питала к нему прекраснейшая и умнейшая королева Луиза Прусская, так и осталась, в конце концов, без ответа. Зная себя и не желая полюбить королеву, боясь уступить ей и оказать Пруссии поддержку, царь хотел охранить независимость своей политики. Александр Павлович, когда гостил в Мемеле, у королевской четы, устрашась по ночам прихода этой обаятельной женщины, запирался от нее на замок... Позднее, после разгрома Пруссии, поехала она с мужем в Санкт-Петербург, надеясь завладеть полностью сердцем Александра; он обласкал ее, но когда на балу увидел ее, в роскошном туалете, декольтированную, сверкающую каменьями, рядом с Марией Антоновной, в гладком белом платье, без единой драгоценности, как всегда, ослепляющей одной своей красотой, любовным взглядом окутал свою избранницу, и королева поняла, что ей не достичь своей цели.

В Мальмезоне, в 1814 году, царь обворожил своей любезностью всеми покинутую императрицу Жозефину. Известно, что она умерла от простуды, схваченной ночью в парке, где она гуляла под руку с Александром Павловичем. Русская гвардия воздала почести праху бывшей жены Наполеона, чьей последней земной радостью была дружба с русским царем. В это же время Александр сблизился с ее дочерью, королевой Гортензией. Посещал ее часто, подолгу беседовал с ней. Победив Наполеона, восстановив на престоле Людовика XVIII, всячески подчеркивал свое расположение к семье императора и к его сподвижникам.

Между тем царю случалось ухаживать и за горничными.

Как известно, венский "карнавал" омрачился весьма неприятным событием: Наполеон вернулся во Францию, и монархи, немало ссорившиеся друг с другом на конгрессе, волей-неволей вновь объединились для борьбы. Русскому царю предстояло еще раз ратовать за "свободу народов". Настал час последней схватки с "узурпатором". За две недели до Ватерлоо Александр Павлович прибыл в вюртембергский город Гейльбронн, чтобы оттуда послать в бой вновь вызванные из России войска. Состояние его духа было подавленное. Кампания начиналась без его участия: англичане и пруссаки опередили его. Снова считал он, что нужно подымать народы на борьбу с Наполеоном. Но прежней власти над Европой у него не было, и хотя настаивал и в этот раз, что войну надо довести до полной победы, былого священного огня он уже в себе не ощущал. Ему теперь было ясно, что какую-то новую цель, совсем иную, чем прежде, надлежит ему преследовать в жизни. Внезапная смерть отца, императора Павла, на всю жизнь испугала Александра. Воспоминание об этой смерти настолько сильно и в продолжении всей жизни влияло на него и мучило его, что одно время многие были убеждены в том, что эта смерть не обошлась без участия Александра. Спасение от этих ужасных воспоминаний Александр находил в мистериях религиозного мистицизма, все добрые начинания, которые он имел в виду для блага своей родины, были забыты, все идеалы его полиняли, и земные желания его исчезли. Именно в это время Александр Павлович заинтересовался знаменитой баронессой Крюденер, и не случайно. Слава этой романистки, "прорицательницы" и "учительницы", а в прошлом женщины достаточно легкомысленного поведения, к этому времени уже начинала меркнуть. Но так как была она наделена немалой настойчивостью, то решила во что бы то ни стало завоевать вновь прежнее свое влияние на умы и души, а для этого не было лучшего способа, чем привлечение в число своих почитателей самого императора Александра. Баронесса добилась своего: Александр загорелся желанием встретиться с этой замечательной женщиной. Эффект получился полный. Александр слушал эту востроносую, немолодую женщину, и притворность ее речей его не покоробила - воспринимал их как манну небесную. УНет, государь, - говорила она ему голосом вкрадчивым, но и властным, - вы еще не приблизились к Богочеловеку... Вы еще не смирились перед Иисусом... Послушайте слов женщины, которая также была великой грешницей, но нашла прощение всех своих грехов у подножия РаспятияФ. Так произошло обращение Александра Павловича в усердного мистика, последователя и почитателя прогремевшей на всю Европу подданной своей - баронессы Крюденер. Баронесса Крюденер участвовала советами во всех его духовных исканиях. Некоторые историки склонны думать, что она вдохновляла в эту пору его политику. В таком суждении кроется коренная ошибка. Александр никогда в политике не находился под непосредственным влиянием - не только Марии Антоновны, но и какой-либо другой женщины. Известное исключение составляет, может быть, лишь любимая сестра его, Екатерина Павловна. Баронесса Крюденер была женщиной изворотливой, но никогда ее ум не был способен породить какой-то новый план охранения порядка в Европе. Однако не подлежит сомнению, что именно благодаря ее поучениям, в значительной степени даже благодаря самой галиматье, в которой выражала она свои сумбурные мистические теории, "Белый Ангел" созрел окончательно для Священного союза. И в то время как Александр отдался религии, управление государством всецело было предоставлено таким любимцам его, как Аракчеев. Хуже всего было то, что этот самый Аракчеев был вовсе не самостоятельным человеком, а куклой в руках его многочисленных любовниц, перед которыми, однако, унижались самые высокопоставленные лица империи. Прошло десять лет. В последнюю пору своего царствования, перед таинственным отъездом в Таганрог, император Александр Павлович, вероятно, часто спрашивал себя, чего достиг он, что осуществил? Увеличил размеры своей империи, население ее - на двенадцать миллионов душ, водил свой народ по Европе от края до края и сломил могущество Наполеона, но что, кроме славы да новых земель, дал он России? Не слишком ли часто дела Европы отвлекали его внимание от нужд народа, им управляемого? Конечно, винить себя одного ему не следовало - не настало еще время для коренных реформ. Но грусть, вероятно, охватывала его, когда вспоминал, что собирался освободить крестьян, а через почти два с половиной десятилетия после вступления своего на престол ничего решительного так и не предпринял для этого - и знал, что уже не может предпринять. Что в содеянном им, в трудах его и в плодах этих трудов могло бы дать ему утешение?

Людская молва породила слухи после его кончины в Таганроге в 1825 году, что монарх не умер; вместо себя схоронил кого-то другого, а сам ушел в Сибирь, где вел жизнь странника и скончался в глубокой старости.

Просмотров: 16258

Как любили великие
Источник: www.russianexpress.net
Нравится

В связи с разработкой нового сайта комментрирование отключено


Данную страницу никто не комментировал. Вы можете стать первым.:


Александр I Павлович
Александр I Павлович
12 декабря 1777, С.-Петербург — 19 ноября 1825, Таганрог
Нарышкина Мария Антоновна
Нарышкина Мария Антоновна
1779, Варшава - 1854, Мюнхен
история жизни и любви
   
Статистика:
Страница сгенерирована за 0.77957892417908 секунд!