Каким важным стал теперь ее милый учитель! Статский советник, весь в орденах и лентах, с портфелем министра -посланника*. (*Грибоедов был назначен министром - резидентом в Персию 15 апреля 1828 года - автор.) Отец ее, как губернатор Эривани и Нахичеванской и Ордебадской земель, часто посылал ему депеши и письма, запечатанные какими - то особо секретными сургучами. Письма те, как краем уха слышала Нино, касались пленных, что содержались у иранцев. По условиям договора, с ужасно длинным названием,* (* В Туркманчайском договоре, разработанном и заключенным А. С. Грибоедовым 10 февраля 1828 года от имени России с Персией, большое внимание уделялось участи пленных, путешественников, торговцев, а также - иранских подданных - переселенцев , живущих, по тем или иным причинам, на территории Нахичеванской и Ордебадской земель. Туркамачайский договор также определял своими положениями судьбу имущества переселенцев, многие из которых имели земельные наделы. (См. переписку А. С. Грибоедова с кн. А.Г. Чавчавадзе, приведенную в однотомном Собр. Соч. А.С. Грибоедова. М. "Худ. Лит" стр. 588 - 590. 1988 г. - автор.)

Положения Туркманчайского мирного договора достаточно длинны и хорошо изучены лишь специалистами дипломатических ведомств. Правительство Николая Первого было полностью удовлетворено результатами работы А. С. Грибоедова - дипломата и высоко их оценило: 14 марта 1828 года, за заключение этого довольно сложного договора, он был награжден орденом Святой Анны 2 - ой степени с алмазными знаками и четырьмя тысячами червонцев. - С. М. Все даты и сведения взяты из Биографического справочника "Декабристы" под ред. Академии Наук СССР. 1988 год. Личное собрание автора.) значилось, что они должны были быть отправляемы на Родину беспрепятственно, но на самом деле отправка их безумно затягивалась томами переписки, кипами каких - то ужасно утомительных, деловых бумаг: Отец ходил в дни получения депеш мрачнее тучи, легко раздражался, становился малоразговорчив и невнимателен к вопросам домашних. Нино и вовсе в такие минуты старалась скрыться в саду и не попадаться на глаза озабоченному родителю! Да и, правду говоря, все эти бумаги, и умные разговоры казались ей донельзя занудливыми. Она не понимала в них ни слова, ей просто было безумно жаль бедных плененных! Она со слезами на глазах молилась перед Богом об облегчении их Судеб, но твердо знала, что в шестнадцать лет для молодой девушки есть много других, более приятных занятий, чем сование носа в дела старших. Нино бралась за много дел сразу, то ей надо было выучить ноты, то переписать упражнение по французскому языку или помочь матушке Соломэ принять гостей, или закончить вышивку полотенца, или разобрать по полкам в библиотеке вновь прибывшие книги из далекого Петербурга и Москвы.. По вечерам, нахлопотавшаяся, усталая, она только успевала склонить голову к подушке, как сразу засыпала. А другой наступающий день приносил новые хлопоты: гости, приемы, званые ужины, книги, вышивки.. Като вот ей заметила недавно, что она играть стала хуже, так ведь и правда, некому теперь ее за фортепьяно сажать, ее требовательный учитель стал министром, до того ли ему?

За одолевшим ее роем мыслей, Нино и не заметила, как убрали дессерт, и прислуга засуетилась вокруг стола с кофейными подносами. Кто - то осторожно тронул ее за руку. Она обернулась и увидела :господина Сандро. Он был чем - то взволнован, знаками манил ее за собой. Она покорно вышла за ним, видя, что он направился в гостиную, подумала, что по старой памяти хочется ему засадить ее за фортепиано.. Но то, что услышала из его уст, ошеломило ее, растеклось, расплескалсь по сердцу золотою, теплой волною. Он признался ей в давней и странной любви, долго неосознанной, " быть может, идущей с тех давних, "музыкальных уроков". Она смеялась, потом плакала, не знала, что отвечать, он волновался, бесконечно ронял запотевшее пенсне, протирал его платком, засовывал в жилетный карман, снов вынимал..Она не помнила, как сказала :"да", не помнила всего, чтобыло потом: Взявши ее за руку крепко, словно боясь, что убежит, повел к матушке, к бабушке, к крестной, всем объявили, все ахали и поздравляли, кто - то, сломя голову, умчался в подвалы за шампанским..

Сестра Като, раскрасневшаяся, взволнованная, блестя голубыми глазами, обнимала и целовала ее бесконечно, что то полушутливо выговаривала Александру - Нино не посмела бы теперь даже и про себя называть его :

"Сандро", только - "Александр"!

Когда позже, Сонечка Орбелиани, давняя подруга, пыталась выведать у нее подробности того вечера, Нино смущенно опускала ресницы, теребила кончик газового шарфа и говорила тихо: "Не знаю, право же, не знаю! Как во сне.!" Потом, спохватившись, найдя слова, добавляла: "Как солнечным лучом обожгло!" Крестная матушка, Прасковья Николаевна, смеясь, подтверждала: "И точно, затмение солнечное на вас обоих нашло, иначе - как объяснить?! С бухты - барахты, пошли было передохнуть перед болтовней кофейной, а тут тебе - нате ,пожалуйста, бегут - летят: "Ниночка - невеста!" - и, одаривая всех счастливым, лучистым взглядом, наровила тихонько перекрестить любимицу - воспитанницу свою. Та не уворачивалась от ее ласковых объятий, как прежде, словно чувствовала, что благословение Крестной для нее будет теперь значительнее, нежели когда - либо:

Запись в метрической книге Сионского кафедрального собора в Тифлисе, от 22 августа (3 сентября нов. ст.) 1828 года: "Полномочный министр в Персии Его Императорского Величества статский советник и Кавалер Александр Сергеевич Грибоедов вступил в законный брак с девицею Ниною, дочерью генерал - майора, князя Александра Чавчавадзева и супруги его, княгини Саломэи:"

Из письма генерала И. Ф. Паскевича канцлеру К. Нессельроде, ноябрь 1828 года:

"Вашему сиятельству, конечно, уже известно, что полномочный наш министр при Персидском дворе, статский советник Грибоедов перед отъездом своим в Персию женился на дочери генерал-майора князя Чавчавадзе, одного из значительнейших помещиков Грузинских, не испросив на то разрешения.

Вследствие чего обязанностью поставляю уведомить ваше сиятельство, что женитьба Грибоедова совершилась некоторым образом неожиданно и, по соединившимся разным обстоятельствам, в особенности же по поспешности, с коей должно было ему выполнить Высочайшую Его Императорского Величества волю, дабы скорее прибыть в Персию, не могла быть отложена на дальнейшее время, - почему, по убедительной о сем Грибоедова просьбе, я принял на себя дать ему разрешение совершить сей брак.

Почему прошу вас, буде вы изволите признать нужным, довести о сем до Высочайшего сведения Его Императорского Величества".

Ту короткую пору их "цинандального, медового" счастья, всего неделю, Нино вспоминала потом всю жизнь: Долгую жизнь без Александра.. Она нашла позже, уже потом, после всего, в его неразобранном архиве, в спешке привезенном из Персии, несколько строк неоконченного письма давней его знакомой, которой "представлял" Александр заочно свою Нино - Варваре Семеновне Миклашевич. Были в том письме такие строки: "Пишу Вам , а она заглядывает мне через плечо, смеется, и вдруг говорит: "Как это все случилось? Где я и с кем? Будем век жить не умрем никогда! Она - само счастие":.

Нино с горькою усмешкой думала потом, что все в судьбе ее Александра было слишком стремительным: карьера, слава дипломата и драматурга - тексты "Горя от ума", переписанные неведомо чьей рукой, дошли и до Тифлиса! - и даже женитьба! Они ехали караваном в Эчмиадзин*, (*горное местечко в Армении, там находился самый древний в крае монастырь -автор.) часто ночевали в палатках под звездным небом. Тянуло прохладой с гор, веяло какими - травами. Александр допоздна засиживался у неяркого огонька дорожной свечи или костра, записывал что - то в свой путевой журнал, она хлопотала: то с чаем, то с дорожными одеялами, все опасалась припадка малярии, все ей казалось, что он озябнет. Он на лету ловил ее руку, с признательностью касался теплыми губами, а один раз обронил, что ему "приятно привыкать к ее нежности: день и ночь у изголовья.". Говорил, что привык странствовать и скитаться, матушка Анастасия Феодоровна больна была, (и теперь много лет уж недвижима), дом велся без хозяйской твердой руки, молоденькой сестрою Машенькой, не ахти как..